Гамбург. Был солнечный декабрьский день, когда Данияр Омурзаков почувствовал что что-то не так. У топ-менеджера киргизского оператора сотовой связи, компании Bitel, пропала сотовая связь, при этом сидел он в своем бюро в главном здании телефонной компании. Искать виновных долго ему не пришлось. Они пришли к нему сами.

За несколько минут до этого здание компании Bitel в центре киргизской столицы Бишкек окружили примерно 50 полицейских. Вскоре после этого подразделения специального назначения взяли штурмом лестничную площадку, заняли большинство кабинетов и важнейшие технические объекты.

Затем они отключили сервер предприятия, и с этого момента были отключены 90 процентов из 600000 сотовых телефонов, подключенных к сети в Киргизии. Замолк неожиданно и сотовый телефон Омурзакова. Чуть позднее люди в масках добрались и до его кабинета.

Вопрос, касающийся поведения

'Полицейские и сотрудники подразделений специального назначения в черных масках ворвались в наш офис. Через пять минут наша система связи рухнула', - описывает тогдашний инцидент Эрканат Абени в беседе с корреспондентом manager-magazin.de. Абени - официальный представитель финансового инвестора, компании Alliance Capital, являющейся акционером Bitel. Омурзакова удерживали в качестве пленника в здании вместе с высокопоставленным представителем российской компании сотовой связи 'Мобильные телесистемы' (МТС).

Эта история является, очевидно, нормальным явлением для бизнеса в России и в соседних государствах.

Успех компании Bitel Омурзакова, видимо, пробудил алчность и, к несчастью, - как у компании МТС, так и у ее российского соперника в лице 'Альфа-Групп'. Обе компании утверждают, что давно владеют контрольным пакетом акций Bitel - это единственная телефонная компания в стране с современной технической системой GSM. В конечном счете, Верховный суд Киргизии решил спор в пользу российской компании 'Резервспецмет', входящей, в свою очередь, в империю 'Альфа-Групп'.

Но МТС считает решение киргизского Верховного суда 'юридически необоснованным'. Поэтому компания собирается теперь отстаивать свои права на долю в компании Bitel в международных судах. То есть, дело пока не закончено, и отношения собственности в компании Bitel остаются неясными.

Опасная территория

По крайней мере, киргизская специальная комиссия копалась в сложных структурах собственников предприятия до тех пор, пока не стал известен прежний собственник Bitel: он являлся членом семьи бывшего киргизского президента Аскара Акаева, который продал значительную долю акций через компанию 'Резервспецмет' 'Альфа-Групп'. Впрочем, компания МТС это оспаривает, еще в середине декабря она объявила о покупке 51 процента акций фирмы Tarino Limited компании Alliance Capital. В свою очередь, финансовый инвестор приобрел с помощью этого холдинга три офшорных компаний на острове Мэн, которые тоже предъявляют претензии на Bitel.

То, что воспринимается как абсурдный экономический детектив, стало поучительным примером для западных предпринимателей, интересующихся российским рынком, - а в Германии таких как раз много. По данным немецкой Палаты внешней торговли, компании из Федеративной Республики являются крупнейшими инвесторами в России, опережая концерны США. Однако сейчас, судя по всему, условия для бизнеса в России меняются.

'Этап, когда Россия нуждалась в иностранных инвесторах, практически позади. Западные компании должны теперь довольствоваться и ролью миноритарных акционеров. Кроме того, руководители концернов должны знать, на что они идут - и как компании ведут себя в России по отношению друг к другу', - говорит Армин Раффальски (Armin Raffalski), старший менеджер дюссельдорфской управляющей консалтинговой компании Goetzpartners.

'Дела продолжают идти на лад'

По меньшей мере, опасным для западных фирм стал в России сектор сотовой связи, для фирм, привыкших на своих отечественных рынках к устоявшейся правовой системе и к более или менее надежным партнерам по бизнесу. На телекоммуникационном рынке России все же царит настроение 'золотой лихорадки':

'Тамошний сектор сотовой связи рос с 1999 года на 100 процентов ежегодно. В ближайшие годы, видимо, будет и далее наблюдаться мощный рост, пусть и не с такими темпами, о которых можно только мечтать', - говорит эксперт Раффальски. Такие перспективы привлекают и российских предпринимателей, которые, в частности, практически не имеют понятия о сетях сотовой связи или о телефонном бизнесе. Но, как и предприниматели из нефтяной отрасли, они часто приносят с собой самые лучшие отношения с важными российскими политиками и определенную долю бесцеремонности.

'Мы, скорее, финансовые инвесторы, - подтвердил недавно совладелец 'Альфа-Групп' Михаил Фридман в интервью "Wall Street Journal". - Мы не считаем себя специалистами в отраслях, в которых работаем'. Таких отраслей в последнее время стало немало: через целый ряд фирм Фридман держит пакеты акций в нефтяных, торговых, банковских и телекоммуникационных компаниях. Он уже давно принадлежит к классу самых богатых людей России: состояние Фридмана оценивается в семь миллиардов евро. Он с удовольствием рассказывает, как вынужден был за это бороться.

Еще в университете в Москве его, еврейского ребенка из украинского Львова, игнорировали другие. Поэтому, не доучившись, он одним из первых россиян был вынужден в девяностые годы заняться бизнесом, связанным с импортом и экспортом. Фридман торговал всем, чем можно: сахаром с Кубы и нефтью из Баку.

Это принесло позднее удачу. Вместе с двумя российскими эмигрантами, ставшими кредиторами, он скупал десятками бывшие государственные предприятия, собрав их в тюменскую нефтяную группу, это предприятие известно сегодня под русской аббревиатурой ТНК.

Но со своим новым телефонным бизнесом Фридман, очевидно, допустил ошибку. Его желание приобрести Bitel в Киргизии превращает его в конкурента МТС. А МТС находится как раз под властью Леонида Реймана, российского министра телекоммуникаций, к тому же МТС самая крупная в России компания сотовой связи.

'Я в своем бизнесе всегда обращал внимание на то, чтобы не предпринимать ничего, что может быть воспринято в Кремле как вызов, ставящий под угрозу его контроль над национальной политикой', - сказал 42-летний Фридман еще до сделки, связанной с компанией Bitel, корреспонденту "Wall Street Journals", объяснив таким образом, свое стремительное превращение из никому неизвестного человека в мультимиллиардера.

Для западных компаний опасность, исходящая от российского рынка телекоммуникаций, еще больше. 'Часто отношения собственности в компаниях, представляющих интерес, настолько неясны, что, покупая их акции, совсем не знаешь, с кем имеешь дело', - говорит один московский адвокат, работающий также в качестве советника западных телекоммуникационных компаний и пожелавший остаться неизвестным. Буквально недавно в такую ловушку угодила финская компания TeliaSonera.

Скандинавский концерн приобрел 43,6 процента акций российской компании сотовой связи 'МегаФон', занимающей на российском рынке третье место. На первый взгляд, бизнес, быть может, перспективный: 'МегаФон' - единственная российская телефонная компания, имеющая лицензию GSM, действующую по всей стране, а это на рынке сотовой связи России, переживающем бум, является громадным преимуществом. Однако несколько недель назад глава компании TeliaSonera Андерс Игел (Anders Igel) узнал, с кем он, собственно, имеет дело в 'МегаФоне'.

'Кое-кто воспринимают это как агрессию'

Другую треть акций 'МегаФона' держит, очевидно, предприятие 'Телекоминвест', в котором собраны все прежде самостоятельные телефонные компании Санкт-Петербурга; бывший глава холдинга - Леонид Рейман, министр телекоммуникаций России. Но 25 процентов акций 'МегаФона' обеспечил себе Михаил Фридман, в результате чего он в очередной раз перешел дорогу кремлевскому министру. А сейчас Фридман выдвигает также претензии на значительную долю акций компании 'Телекоминвест' Реймана - и снова суды вынуждены решать, кому, собственно, принадлежат и сколько процентов акций 'Мегафона'.

В настоящее время иски поданы в Швейцарии, на Багамах и на Британских Виргинских островах, в которых речь, прежде всего, идет о праве на преимущественную покупку пакета акций 'МегаФона'. До той поры, пока не будет принято решение, компания TeliaSonera владеет акциями частично парализованного предприятия.

Это, впрочем, может потребовать немало времени. Председатель цюрихского арбитражного суда недавно отказался от своего мандата. Он пожаловался, что за ни установлена слежка, и что роются даже в его мусоре.

Между тем проблемы с российскими активами появились и у другого западного телефонного концерна. Норвежская компания Telenor в отчаянии ищет решение в аналогичном споре. Речь идет о том, за кем решающее слово в компании 'Вымпелком', занимающей на российском рынке сотовой связи второе место: компанией Telenor, владеющей 29,98 процентами акций и 26,6 процентами голосующих акций, или холдинга 'Альфа-Групп' Фридмана, владеющего 24, 5 процентами акций предприятия.

Глава Telenor Йон Фредрик Баксаас (Jon Fredrik Baksaas) предупреждал перед последним общим собранием даже миноритарных акционеров предприятия, чтобы они не позволили представителям 'Альфа-Групп' получить большинство в наблюдательном совете, включающем девять человек. В ином случае Telenor будет рассматривать возможность продажи своего бизнеса в России. Но дальше угрозы дело пока не пошло, а 'Альфа-Групп' контролирует между тем 32 процента голосующих акций 'Вымпелкома'.

С ведома самой высшей инстанции

'Это наш стиль и наша стратегия, и менять их мы не будем. Мы делаем некоторые вещи, которые люди считают агрессивными', - сказал лаконично Фридман, касаясь этого случая.

'Сильные в финансовом отношении российские концерны вскоре захотят обрести почву и у нас на Западе. Наши компании тогда будут вынуждены как следует подумать, кому позволить в будущем участие в капитале наших компаний', - говорит эксперт компании Goetzpartners Раффальски.

Быть может, у российского мультимиллиардера Фридмана появятся здесь, скорее, проблемы, а не телефонные компании. Его кремлевский противник Рейман получил в свое время кресло в 'Телекоминвест' с ведома высокой инстанции - Владимира Путина. Дело в том, что президент был в свое время главой спецслужбы Санкт-Петербурга и в этом качестве контролировал телефонные компании города. Не успев стать президентом, еще в августе 1999 года, он превратил петербургский государственный комитет телекоммуникаций в новое государственное министерство.

'Ни один российский министр не связан больше с рынком, который он, собственно, должен контролировать', - пишут 'Московские новости'. И ни один российский министр, наверное, не дружен так с президентом Путиным, как министр телекоммуникаций Рейман.

© Карстен Штум (Karsten Stumm), "inoСМИ.Ru"