– Какое событие прошлого года вы считаете важнейшим?

– Важнейшим событием 2005 года стала наша сделка с группой компаний Cukurova по приобретению 13,2% акций крупнейшего в Турции сотового оператора Turkcell. Даже если бы эту сделку совершили не мы, я все равно бы считал ее важнейшей. Она была знаковой для всего российского бизнеса. Бизнес в стране развивается примерно 15 лет, но до этого в основном происходило наращивание сил внутри страны и перераспределение собственности. А инвестиция в Turkcell показывает, что российские компании вышли на новый уровень – уровень масштабных стратегических инвестиций за рубежом.

– Сумма сделки между Altimo и Cukurova Group составила $3,3 млрд – это крупнейшая российская инвестиция, когда-либо сделанная за рубежом. Однако лишь половина этой суммы пошла на приобретение акций. Какой все-таки объем сделки нужно считать верным?

– Действительно, за 13,2% акций Turkcell мы заплатили немногим меньше $1,6 млрд, а на $1,7 млрд предоставили Cukurova Group кредит. Однако так как эти условия были взаимосвязаны, общий объем сделки и составил $3,3 млрд.

– Вы собираетесь увеличивать свою долю в Turkcell?

– Нет, мы не собираемся этого делать. Мы финансовый инвестор и не стремимся к тому, чтобы получить контроль над компанией. Сейчас у нас нет контроля ни в одном нашем активе.

– Однако даже финансовому инвестору необходима защита инвестиций.

– Действительно, это так, особенно на развивающихся рынках Евразии, где мы работаем. Мы принципиально не делаем чисто финансовых инвестиций. Рынки, где мы работаем,– это не Запад, где можно инвестировать в пассивном режиме. Сегодня это Россия, Украина, Турция – страны, где регулятивная и юридическая системы выстроены пока не так идеально, как на Западе. И выстроены скоро не будут. Однако в компании Turkcell мы обеспечили себе необходимую защиту. Мы намерены получить места в совете директоров. Когда мы входим в новую компанию, мы всегда стремимся к тому, чтобы у нас было право голоса. Пусть не решающего, но, к примеру, блокирующего. Такой механизм защиты в Turkcell у нас есть.

– Можно ли сказать, что вторым значимым событием для вашей компании стала смена имени "Альфа-Телеком" и запуск брэнда Altimo?

– Сам факт ребрэндинга не играет определяющей роли. Это момент условный. Однако в прошлом году в компании сменился менеджмент, были определены новые тактические и стратегические задачи. Смена имени только отразила то, что произошло. Название Altimo хорошо демонстрирует нашу новую концепцию. Мы расшифровываем его как Alfa Telecom International Mobile. Это значит, что мы фокусируемся преимущественно на мобильных активах, причем международных. Словосочетание, которое не попало в название, потому что и так букв много,– это "развивающиеся рынки". Наши дальнейшие инвестиции мы собираемся осуществлять именно на развивающихся рынках Евразии.

– Можете ли вы назвать страны, которые привлекательны для инвестиций?

– Это Индия, Индонезия, Таиланд, некоторые другие. – Почему именно они? – Нам кажется, что рынки этих стран способны дать наибольший возврат на вложенный капитал.

– Можно ли уточнить, какой именно возврат вы обычно рассчитываете?

– Каких-то конкретных цифр, процентов у нас нет. Но в целом по опыту работы нашей компании можно сказать, что уровень возврата на инвестированный капитал у нас достаточно высок. Не секрет, что мы пять лет назад вложили в "Вымпелком" около $250-300 млн с учетом затрат на покупку акций и инвестиций в рамках акционерного соглашения. Сейчас наша доля в компании стоит около $2,5 млрд. Мы увеличили наши инвестиции десятикратно за пять лет. И продолжаем развитие этой модели. В тех странах, о которых я сказал, такие возможности есть. А в российских телекоммуникациях сейчас попросту некуда вкладывать суммы, подобные той, что мы заплатили за долю в Turkcell – если, конечно, оставить за скобками "Связьинвест".

– Вам интересно участие в приватизации "Связьинвеста"?

– Мы больше ориентированы на сделки в сфере мобильной связи, потому что считаем, что мобильная связь более перспективна с точки зрения возврата на капитал. В то же время мы не исключаем инвестиций и в такие компании, как "Связьинвест". Однако сейчас трудно говорить о нашей позиции относительно "Связьинвеста". Дело в том, что мы не до конца понимаем, каким образом, когда и в какой форме эта компания может быть приватизирована. Во властных структурах есть разные точки зрения на время и формат этой приватизации. И наша позиция будет сформирована в тот момент, когда будет полная ясность. Есть большая разница между ситуациями, когда "Связьинвест" будет приватизирован через шесть месяцев или через два с половиной года. Ведь неизвестно, где мы будем через два с половиной года, сколько денег мы вложим в другие активы и останутся ли у нас средства на покупку доли в "Связьинвесте".

– Какой объем инвестиций запланирован вами на 2006 год и где могут состояться крупные сделки?

– Наш бизнес труднопредсказуем. Поэтому конкретных планов по объемам инвестиций просто не существует. Дело в том, что каждая сделка – это сложный процесс, который требует времени и сил, и даже когда она близка к завершению, о ее фактическом завершении говорить трудно. Поэтому не могу сказать, на каком именно рынке мы планируем следующую инвестицию. Точно известно, пожалуй, только одно: суммы наших сделок на развивающихся рынках будут кратны миллиардам долларов. Думаю, мы в состоянии провести несколько таких сделок за счет и собственных, и заемных средств.

© интервью взял Дмитрий Ъ-Захаров, "КоммерсантЪ"