Отвечая на вопросы журналистов во время открытия брестского Центра обслуживания абонентов "БеСТ", Сергей Поблагуев, в частности заявил: "Есть "три кита", на которых стоит любой оператор. Все начинается с качества услуг, зоны радиопокрытия, и только заканчивается теми продуктами и ценовым предложением, которое оператор предоставляет. Так что мы и дальше будем строить сеть и разрабатывать новые продукты. В ближайшие месяцы радиопорытие БеСТ появится на территории, на которой проживает 90% населения Беларуси". Учитывая, что в настоящее время показатель составляет 68,6%, в сети работают около 500 базовых станций (на 1 июля - 438, некоторое количество введено в июле), а еще 375 уже смонтированы и ожидают лишь завершения бюрократических формальностей и "включения рубильника" - заявление не выглядит простой бравадой. И, как бы там ни было, работу сети velcom сейчас обеспечивают более 2570 базовых станций (радиопокрытие охватывает территорию, на которой проживает 96% населения страны, данные на 1 июня), а работу сети МТС - 3656 базовых станций (97,7% населения, данные на 1 июля), но на их установку ушло более 9 и 6 лет, соответственно. Против двух лет, потребовавшихся БеСТу, так что темпы роста радиопокрытия самого молодого белорусского оператора превосходят темпы более старших собратьев, что, в общем естественно. При том, что с годами процесс установки базовой станции становится сложнее в силу ужесточения регулирования.

"Да, действительно, у компании будет обновлена стратегия - это очевидно. Но то, какой будет эта стратегия - сейчас пока не скажет никто. В ближайшие несколько лет в компанию будут инвестированы ресурсы, которые намного превосходят уже имеющиеся вложения - соотношение 400 миллионов долларов против 234 миллионов говорит само за себя." К чему, пожалуй, уместно добавить парадоксальное: один миллион из упомянутых $234 в силу ряда оговорок не тождественен одному миллиону денег турецкого собственника. Здесь и задержки с финансированием, и излишне забюрократизированная процедура предоставления кредита, и прочее и прочее...

Сергей Поблагуев также высказал свое мнение о цене сделки - "публичная компания всегда платит справедливую цену", о предстоящем участии в вероятном тендере на 3G-лицензию - "мы будем претендовать на эту лицензию", и о перспективах изменений в топ-менеджменте - "по моему личному мнению, в силу необходимости контроля за таким объемом инвестиций, "некие свои" люди, скорее всего, будут поставлены во главе ключевых процессов". Все очевидно...

Тем не менее, ряд домыслов, которыми уже "обросла" сделка да и сама деятельность БеСТа, требуют ряд дополнений прямой речи топ-менеджера.

Цена сделки, якобы, завышена...

Учитывая, что турецкая сторона согласилась заплатить за белорусского оператора в общей сложности $600 млн. в четыре этапа ($300 млн. через 30 дней после подписания соглашения, еще по $100 млн. 31 декабря 2009 г. и 31 декабря 2010 г. и дополнительные $100 млн. после первого прибыльного для оператора года) многими уже сделан вывод о завышенной "цене вопроса". Как правило, в качестве аргумента приводится информация о незначительном числе абонентов БеСТ - 186,7 тыс. пользователей по данным на 1 июля. И упоминается "о долге" - с июля 2006 года стали доступны средства привлеченного через Эксимбанк КНР кредита для создания инфраструктуры оператора сети мобильной связи стандарта GSM 900/1800 "БеСТ" в размере $234 млн.

Сделанные заявления об инвестициях - Председатель Госкомвоенпрома Беларуси Николай Азаматов (ранее курировавшего проект создания БеСТ лично) заявил по итогам подписания соглашения об упомянутых $400 млн., а сама Turkcell в своем сообщении упомянула о $500 млн. в течение 10 лет - "усугубляют" картину...

Итак, явно "завышенная" цена сделки да еще и предстоящие дополнительные вложения..."Каждого абонента ... турецкая компания оценила в $4042", подсчитал партнер AC&M-Consulting Антон Погребинский. - "Это беспрецедентная, рекордная цена на пространстве СНГ", - поражается Погребинский (цитата по "Ведомостям"). По данным "Ведомостей", в мире вообще были лишь две сделки с более "дорогими" абонентами - по продаже ганского и нигерийского операторов (за которых покупатели заплатили $120 и 500 млн. при абонентских базах 3 и 100 тыс. пользователей, каждый из которых обошелся, соответственно, в $53 и 7,1 тыс.). Директор Центра инвестиций в высокие технологии инвестиционной компании "ФИНАМ" (Россия) Элина Юрина считает, что "цена более 2,5 тыс. долларов за абонента - очень велика...даже если исходить из цены продажи velcom, где должна была присутствовать премия за рыночную долю, БеСТ стоит не дороже $120 млн. Почему турки готовы платить настолько много, сказать сложно"... Прочие мнения - о том же: БеСТ стоит "не больше 200 млн. долларов".

Рациональные объяснения действий турецкой стороны, как будто бы отсутствуют. Согласно же читающемуся подтексту, весь топ-менеджмент Turlcell во главе с умницей, бывшим топ-менеджером Microsoft Главным исполнительным директором Мехметом Сюрейей Джиливом (Mehmet Sureyya Ciliv) и Главным директором по корпоративной стратегии и международной экспансии Тайфуном Чаталтепе (Tayfun Cataltepe) едва ли не постигло коллективное помешательство. К которому присоединились органы управления публичной, о чем упомянуто выше, компании, одобрявшие сделку, а затем еще и акционеры Turkcell и держатели котирующихся на Нью-йоркской фондовой бирже долговых обязательств компании буквально во всем мире. После объявления о сделке "по завышенной цене" котировки бумаг Turkcell в Нью-Йорке выросли на 15%. Впрочем, встречается иное объяснение "завышенной цены сделки" - со ссылкой на "некоторых экспертов" для Turkcell предполагаются некоторые "привилегии со стороны белорусского правительства", каковые "могут касаться, в частности, развертывания сотовой связи третьего поколения 3G." После чего справедливо делается вывод "о грубом нарушении принципов свободной конкуренции на белорусском рынке мобильной связи". Впрочем, далее неадекватное по сути предположение опровергается, хотя и косвенно, - действительно, для третьего поколения ожидается "выделение трех полос радиочастот по 5 МГц каждая", на которые, очевидно будут претендовать (читай, которые получат) все три действующих белорусских GSM-оператора. Как же тогда будут обеспечены привилегии?

Чем же все-таки можно объяснить такое "нерациональное" поведение менеджмента Turkcell? Тем, что ничего нерационального в нем нет. Уплачена справедливая цена за хороший актив и ничего более. А белорусское правительство поступило сейчас, как и в большинстве случаев, ранее "на белорусском рынке мобильной связи" в полном соответствии с "принципами свободной конкуренции".

На упомянутые $234 млн. "кредитных" вложений в БеСТ (50 млн. под 2,5% годовых с отсрочкой платежей на 3 года, 184 млн. - также с отсрочкой, но под 5,6%, сроки погашения которых наступили бы в 2009 году) имелись гарантии Правительства Беларуси. Что, в принципе, на каком-то этапе было приемлемо для государственного предприятия, коим доселе был БеСТ, но никак не согласовывалось бы с равноудаленностью государства от частных игроков рынка. В результате долг оставался за белорусским государством, но должен был учитываться при определении цены. Таким образом, предположение, что БеСТ стоит "не больше 200 млн. долларов", то есть белорусский бюджет по итогам деятельности оператора теряет "$34 млн." оставляет сомнения, по меньшей мере, в компетентности предполагавшего. - Нижняя граница рассматриваемой цены могла быть ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ лишь "далеко за $200 млн." Возможно, ориентироваться в белорусских со стороны иногда сложно, но структура, сделки, очевидно, следовала из публичного заявления Тайфуна Чаталтепе от 30 июля. Топ-менеджер Turkcell прямо указал, что на момент покупки "у БеСТ будет долг лишь в $18 млн." Цену сделки несколько корректируют вниз условия платежей, зафиксированных в "падающем" долларе США и вверх - методика учета абонентской базы БеСТ. Белорусский оператор учитывал "в качестве абонентов" практически все проданные с момента начала деятельности сим-карты, так что объявленная выручка на конец 2007 года в $1,6 млн. вполне адекватно говорит о качестве абонентской базы.

Тем не менее, "цена абонента" БеСТ для покупателя вполне сопоставима с фиксировавшейся на рынках стран СНГ при сделках по покупке "Вымпелком" украинского и таджикского операторов. И это вполне справедливая цена для каждой из сторон.

Задачи, поставленные при создании БеСТ, якобы, не выполнены...

Хотя озвучена неординарная идея о создании 100-процентно государственного оператора сотовой связи в 2004 году Президентом Беларуси Александр Лукашенко, автором проекта считается аксакал белорусского правительства Николай Азаматов. Предполагалось, что создание такой компании предотвратит вывоз капитала из страны - инвесторами и поставщиками оборудования и стимулировало бы конкуренцию (как следствие снизился бы уровень тарифов на рынке и был стимулирован рост радиопокрытия). Парадоксально, но о том, что поставленные задачи якобы не выполнены, говорят практически одновременно с тем, что оператор продан по "завышенной" цене.

Цитаты 2004-го года, предшествующие отмене тендера на третью лицензию стандарта GSM и созданию государственного оператора, конечно, следует воспринимать через призму ситуации того времени:

Главный результат деятельности БеСТа, очевиден - белорусский бюджет, по определению, никогда бы не пополнился при проведении тендера настолько, насколько он будет пополнен при продаже оператора с действующей инфраструктурой. Сотни миллионов долларов не сопоставимы с $21 млн. долларов, в которые лицензия обошлась МТС (15 млн. - разовое перечисление в республиканский бюджет, включая 5 млн. непосредственно за лицензию, плюс 6 млн. с 2003 года в течение 5 лет). Источник поступления средств, конечно, скорректирован в сравнении с изначально предполагавшимся, тем не менее, факт остается фактом.

И еще один факт - в середине 2006 года тот же Николай Азаматов особо отметил, что из $234 млн. вложений $48 млн. будут потрачены непосредственно в Беларуси. Этот параметр практически выдержан. Хотя при финансировании китайским банком использовался "связанный" кредит, предполагавший закупки оборудования в самом Китае, значительная часть средств все-таки осталась в Беларуси. И, по мнению Николя Азаматова, определяющая роль в этом была именно в форме собственности БеСТ - при других обстоятельствах соотношение средств, потраченных в Беларуси и ушедших вовне было бы худшим.

В снижении уровня тарифов на белорусском рынке и в росте GSM-радиопокрытия - "заслуги" БеСТ неочевидны. Тем не менее, они также есть, как были бы при любом собственнике. И, уж точно будут - дальнейшие действия оператора будут во многом копироваться с украинского life:), также принадлежащего туркам. Напомним, что последний в нынешнем виде работает на рынке соседней страны с того же 2004 года и за три года смог обеспечить хорошую долю рынка и положительную EBITDA благодаря взрывным темпам строительства сети, новым технологиям и низким тарифам. Предпосылки того, что из life:) с БеСТовскими исходными данными получится столь удачно реализованный проект были уже тогда, однако результат был неочевиден. Сейчас же белорусский оператор получает собственника, эффективность которого подтверждена практикой.

Менеджмент БеСТ, якобы, работал неэффективно ...

Справедливости ради, серьезные источники, сколь-нибудь знакомые с ситуацией, подобное уже давно не заявляют. Сложившееся положение и его причины настолько очевидны, что обвинить в нем сотрудников БеСТа считается дурным тоном. А последние публичные обвинения "в некомпетентности менеджмента" были датированы еще сентябрем 2005-года (то есть временами еще до запуска сети в коммерческую эксплуатацию), принадлежат экс-министру связи Беларуси Владимиру Гончаренко и сделаны были, очевидно, по личным причинам. Весьма и весьма далеким от фактической стороны дела. Автор обвинений, кстати, через полгода распрощался со своей должностью, в то время как все три руководителя БеСТ - бессменны. И у нового собственника вряд ли возникнут основания для их увольнения.

Естественным ограничителем темпов строительства сети и развития инфраструктуры выступали особенности финансирования, которые были, увы, для менеджмента форс-мажором. Кстати, даже форс-мажор с помощью различных ухищрений иногда преодолевался. Что касается маркетинговых действий, всплеск активности конца 2006-го - начала 2007-го года, когда БеСТ стал оператором номер три в стране, обойдя по числу абонентов оператора стандарта cdma DIALLOG, сменился далее спадом. Учредители, в силу ряда причин, вдруг озаботились выполнением плановых показателей по объему выручки, что вылилось в весьма слабые параметры даже предновогодних объявлений. Результат - налицо, абонентская база уже год практически не растет, и уж тем более - не растет и выручка.

Конечно, Мининформсвязи устами замминистра Ларисы Лабкович констатировало на итоговых коллегиях "критическую ситуацию как с выполнением показателей по услугам связи, так и с их финансовым состоянием" и отмечало, что "годовое задание по платным услугам населению "БеСТ" обеспечено только на 13 процентов ... при этом задания операторам доводились, учитывая, в первую очередь, их предложения". Однако констатацией дело и ограничивалось. Живым примером того, что именно в терминологии белорусской бюрократии подразумевается под "учетом предложений" является технический директор БеСТ Николай Юшкевич, дважды в своей карьере лишавшийся должности руководителя velcom за невыполнение опять же целевых показателей по росту радиопокрытия территории. Доводившихся, конечно же, "с учетом...". Статус целевых показателей прогноза социально-экономического развития в Беларуси известен, посему исходя из особенностей этапа развития БеСТ скорректировать приходящуюся на оператора составляющую и было практически невозможно. Параметры же ценового предложения, в свою очередь, формировались экс-учредителями, и формировались "под показатели". Отсюда и констатации без кадровых решений.

В результате, лишь к лету БеСТ вернулся в положение очевидного ценового лидера, на шаг опережающего конкурентов. С 12 июня начата акция "Дюжина-0", то есть пользователям сети предоставлена возможность бесплатного общения внутри сети. Конкуренты сейчас предлагают лишь безлимитное общение с одним внутрисетевым "любимым номером", причем МТС - на временной акционной основе, а velcom - с ограничением в 1000 минут в месяц. Активное продвижение предложения БеСТ согласно плану, началось в августе. Уже после объявления о сделке.