САМАРА — Пока в Москве глава Верховного суда России Вячеслав Лебедев рассказывал представителям движения “Деловая Россия” о том, как он помогает защищать бизнес от судебного произвола, в Самаре по решению ставропольского мирового судьи были арестованы акции одного из пяти крупнейших сотовых операторов страны — СМАРТСа (см. статью на стр. Б1). Гендиректор и совладелец компании Геннадий Кирюшин в интервью “Ведомостям” заявил, что судебное решение очевидно связано с идущими переговорами о продаже крупного пакета акций СМАРТСа.

— Почему арестованы акции компании?

— В понедельник, 26 сентября, к нам в офис пришли судебные исполнители с документами на арест акций компании. Почему? Непонятно. Решение вынес мировой судья районного суда г. Ставрополя, где СМАРТС даже не работал никогда, некий Шумский в ходе процесса ООО “Феникс” в отношении некоей Ольги Масловой. Между сторонами был заключен трудовой договор, каким-то образом связанный с акциями СМАРТСа. Подробностей процесса я просто не знаю — в тот же день мы позвонили в Ставрополь, и выяснилось, что судья уже уволился. Причем здесь СМАРТС? На каком основании на наши акции был наложен арест, если мы никак не участвовали в этом процессе? Почему решение, находящееся в юрисдикции арбитражного суда, вынес мировой судья? Эти действия мы считаем незаконными. В тот же день мы направили исковое заявление об освобождении ценных бумаг компании в Самарский арбитражный суд.

— А кто такая Ольга Маслова? Она действительно является акционером СМАРТСа?

— Насколько я знаю — нет. Для нас очевидно, что это фиктивный процесс. Две стороны заключили между собой какую-то “сделку” с единственной целью — парализовать работу компании, сбить цену на акции СМАРТСа. Сейчас мы подходим ко второму раунду переговоров о продаже блокирующего пакета акций компании. Связь очевидна.

— В течение последнего года СМАРТС не раз оказывался в центре скандала. Это тоже связано с продажей?

— Против нас была развернута целая кампания. Нас обвиняли в построении финансовой пирамиды, серых схемах, укрытии доходов от налогообложения — а это в наше время очень серьезное обвинение. Появился повышенный интерес к нам со стороны налоговых служб. Хотя в последние три года, с тех пор как мы имели счастье — или несчастье — попасть в число крупнейших налогоплательщиков, налоговая проверяет нас постоянно. Заканчивается одна — и начинается другая проверка. Когда депутаты стали призывать к новым проверкам СМАРТСа, я подумал: “Что же еще можно проверять?”

— Вы оценивали ущерб от этих скандалов?

— Суммы, которые нам предлагали потенциальные покупатели, сразу сократились на 20%. А это очень большие деньги. Кроме того, неожиданно было сброшено много облигаций, которые нам пришлось погашать. Из 500 млн руб. к оплате были предъявлены облигации на 193 млн руб.

— С кем сейчас ведутся переговоры о продаже акций компании?

— На данный момент у нас прошел первый раунд переговоров с тремя потенциальными покупателями, и, говоря языком протоколов, “стороны разошлись недовольные друг другом”. Их предложения нас не устроили, и сейчас мы думаем, стоит ли вообще продолжать переговоры. Правда, в последние месяцы интерес к СМАРТСу проявили еще три компании, и мы уже начинаем переговоры с ними. Параллельно решили вести подготовку к IPO. Думаю, договор на проведение IPO будет подписан в октябре.

— А переговоры вы вели с телекоммуникационными компаниями?

— Да. Хотя проявляют интерес и сторонние инвесторы — они и подталкивают нас к IPO.

— А кто из акционеров продает акции?

— В конце 2005 г. мы планируем провести дополнительную эмиссию. Хотя, когда акции ходят на рынке, любой акционер, если у него возникает потребность в деньгах, может их продать.

— Вы собираетесь продавать свой пакет?

— Нет.

— В июне вы говорили, что собираетесь уйти в отставку. А сейчас какие планы?

— Пока я остаюсь на своем посту. Летом я подписал контракт еще на четыре года — как раз до пенсии. Но если появится достойный преемник, я готов уйти в отставку в любой момент.

— “ВымпелКом” недавно заявил, что готов купить более 50% акций СМАРТСа. Акционеры готовы продать такой пакет?

— Мы готовы говорить о продаже любого пакета. Но хотелось бы быть уверенным в том, что компанию сохранят, а не разобьют на куски. СМАРТС — это отлаженный механизм с хорошей технической базой, подготовленным персоналом, своей корпоративной культурой и отлаженной системой управления. Жалко, когда компанию, которую ты построил, разрушают. Лучше продолжать строить вместе.

— Сколько сейчас стоит компания?

— Аналитики оценивают в $900 млн. Наверное, им виднее.

— Почему прибыль компании резко сократилась в 2004 г. по сравнению с 2003 г.?

— Причин несколько: резкое снижение тарифов, выплаты по кредитам, вложения в развитие. Понятно, что на этапе бурного роста прибыли почти никогда не бывает. Мы не сырьевая компания и вкладываем в будущее больше, чем зарабатываем. Но компания вполне в состоянии обслуживать свои обязательства и продолжать дальнейшее развитие. Наши показатели в 2005 г. уже гораздо лучше: по итогам первого полугодия выручка увеличилась по сравнению с тем же периодом 2004 г. почти на 10%.

— За счет чего?

— За счет притока абонентов. В последнее время на рынке шли постоянные войны между операторами, прежде всего тарифные. Сейчас время войн заканчивается, мы переходим к более цивилизованному рынку. В ближайшее время мы рассчитываем увеличить доходы за счет дополнительных услуг, мобильного Интернета. В Японии, например, дополнительные услуги составляют до 70% от общего объема трафика, а у нас — только 10-15%. Это гигантский потенциал для развития.

— Как вы сегодня оцениваете свое место на рынке?

— Это сложный вопрос — в подобных оценках мы можем опираться только на официальную статистику о количестве абонентов, а она не всегда отражает реальную картину. По официальным данным, в регионах, где мы присутствуем, наша доля рынка — 11%. По моим ощущениям и подсчетам — 15-20%. Федеральные компании с большим запасом номерной емкости могут себе позволить держать абонентов, которые не пользуются их услугами, а мы ежемесячно чистим свои ряды.

— У компании есть проблемы с выделением номерной емкости?

— В начале года мы получили около 1 млн номеров для СМАРТСа, так что сама компания острого дефицита не ощущает. С “дочками” все сложнее. У некоторых — например, в Волгограде, Пензе — вообще нет номерного ресурса.

— Три года назад в интервью “Ведомостям” вы говорили о том, что основная проблема компании — выделение частот и номерной емкости. Ничего не изменилось?

— Бюрократия в России была, есть и будет. Процедуру выделения номеров, частот можно было бы упростить, как это уже сделано во всем мире, но, как мы видим, этого не происходит. Удивительно только, почему для федеральных операторов они легко находятся.

— СМАРТС пытался выйти в московский регион. Эти планы сохраняются?

— Мы судились с Минсвязи, отказавшимся выделять частоты нашей компании “Трафик”. Этот суд мы проиграли. Впоследствии акции “Трафика” мы продали. Да, хотелось бы занять какое-то место на московском рынке, но говорить об этом подробно пока рано. Мы не ставим перед собой задачу гнаться за тремя федеральными операторами, но мы прочно сохраняем свое место на рынке.

— А за кем вы гонитесь?

— Мы приняли решение об изменении стратегических целей компании. Постепенно мы завершим территориальную экспансию в регионы и сосредоточимся на развитии собственной сети. Мы планируем построить сеть емкостью 5 млн абонентов — это максимум — и продолжить ее шлифовать.

— То есть покупать новых операторов вы не планируете?

— Какие-то варианты рассматриваются, причем и зарубежные компании, но это не является стратегической целью СМАРТСа.

— Когда вы планируете завершить развитие сети?

— Через 1-2 года. На сегодняшний момент в своей зоне лицензирования мы покрыли 70-80% территории. На следующий год мы доведем эту цифру до 90-95%. Дальше будем проводить шлифовку сети, насыщая ее услугами и улучшая качество связи. В прошлом году мы вложили в ее развитие $124 млн, в этом запланировано $100 млн. Источники разные: кредиты банков и поставщиков, средства от облигационного займа. Средства, полученные от продажи акций, мы также направим на эти цели.

— Как сейчас выстраиваются взаимоотношения с дочерними компаниями?

— Работа по объединению уже начата, но пока идет медленно — у нас много работы, связанной с продажей акций. После завершения сделки мы займемся этим активнее. Это сложный процесс, связанный с переоформлением частот, лицензий. МТС и “ВымпелКом” начали эту работу до нас, и мы надеемся, что они “протопчут” нам дорогу.

— Почему не состоялся проект создания единого поволжского оператора — “ВолгоМобайла”, который должен был объединить нескольких региональных операторов? Вы в свое время его активно поддерживали.

— Идея объединить активы независимых операторов очень перспективна. Такая компания могла бы стать четвертым федеральным оператором и на равных конкурировать с тройкой лидеров. Переговоры по этому поводу велись, но проект так и остался на бумаге. Все ждут какой-то отмашки сверху.

БИОГРАФИЯ

Геннадий Васильевич Кирюшин родился 8 августа 1949 г. в Оренбурге. По окончании Одесского электротехнического института связи в 1973 г. работал на предприятиях связи Оренбургской области, пройдя путь от прораба участка до главного инженера предприятия. В 1979 г. стал младшим научным сотрудником Куйбышевского электротехнического института связи. С 1986 г. работал в самарских НПО “Каскад” и ОКБ “Янтарь”, занимая должности от ведущего инженера до заместителя главного инженера. В 1991 г. стал директором СМАРТСа. С 1995 г. — гендиректор ЗАО “СМАРТС”.

О КОМПАНИИ

ЗАО “Средневолжская межрегиональная ассоциация радиотелекоммуникационных систем” (СМАРТС) основано в 1991 г. в Самаре, входит в пятерку российских операторов сетей GSM по количеству абонентов (около 2,3 млн), работает в 16 регионах России. Выручка в 2004 г. составила 2,3 млрд руб. (в 2003 г. — 2 млрд руб.), чистая прибыль — 60,2 млн руб. (160,3 млн руб.). Крупнейшими акционерами компании являются ее гендиректор Геннадий Кирюшин — 26,5%, его сын Константин Кирюшин — 20,5%, председатель совета директоров Борис Скворцов — 19,1%, сын самарского губернатора Алексей Титов — 6%, Юлия Конкина — 9,2%, Динислям Янчерин — 7,2%, Алик Сазер — 5%.

© Екатерина Селезнева, "Ведомости"