Как можно решить проблему обеспечения единого недискриминационного доступа к единой инфраструктуре? Может быть Б3 построит единую инфраструктуру и никого туда пускать не будет?   

Дмитрий Страшнов, президент Tele2 Россия  

Если мы рассматриваем совместное строительство инфраструктуры, а не ее эксплуатацию, то для этого лучше создавать отдельную компанию, а затем она по согласованным единым тарифам предоставляет доступ всем участникам проекта. Может быть повторюсь, но в основе всего должен лежать экономический здравый смысл. И именно коммерческие интересы определяют, договорятся ли о таком сотрудничестве два и более операторов. Как мы все знаем, в России несколько последних лет каждый из больших игроков интенсивно строил собственную инфраструктуру, и фиксированную, и мобильную. Мы в этом процессе не участвовали, мы занимались "последней милей" и работой с абонентами - это тоже модель, имеющая право на существование. Сейчас, когда речь идет о переходе к сетям 4G, эти вопросы становятся актуальными. Не хочется тратить деньги, если их можно сэкономить. 

Если говорить о единой опорной инфраструктуре для всех игроков рынка, то наверное здесь нужна некая функция государства. Можно представить, что государственная компания смогла построить инфраструктуру, которая используется всеми игроками рынка на условиях о которых я говорил. То есть, в зависимости от трафика компании, ей выставляются счета. Но боюсь, мы эту тему уже немного упустили. У каждого оператора Б3 построена достаточно мощная собственная инфраструктура, способная удовлетворить потребности данного оператора. Поэтому какая-то синергия будет, какие-то экономии кап.затрат могут быть достигнуты, но построить сейчас аналогичную инфраструктуру с нуля, а затем предложить ее использовать всем остальным, как мне кажется, сейчас уже не получится.

Андрей Патока, вице-президент по развитию корпоративного бизнеса "Вымпелком"  

В целом согласен с Дмитрием Евгеньевичем. Здесь главное - чтобы насильно не "осчастливили". Как это у нас иногда бывает. Сегодня операторы уже пришли опытным путем к пониманию, что совместное использование части инфраструктуры - это выгодно. Б3 это активно делает в части антенно-мачтовых сооружений. Еше раньше мы это начали делать в части прокладки магистральных кабельных линий и эта работа продолжается сегодня. Думаю, что не заказан путь и создания совместных предприятий с участием заинтересованных сторон. Например, операторы, которые будут хотеть совместно использовать башенные позиции по всей стране, поскольку это затратная часть. Такую практику мы наблюдаем и в странах Европы, и в странах Северной Америки. Важно, чтобы это основывалось на совместной выгоде. Чтобы объединение инфраструктуры в том числе и в тех городах, где, как было сказано 6-7 параллельных сетей, при объединении в единую инфраструктуру, которой могут пользоваться все операторы, приводило к снижению затрат, а не к их увеличению. К улучшению рыночной позиции, а не к ее сокращению в интересах одного из участников рынка. Если это будет сделано, то думаю нас ждет значительно более интересное будущее. 

Но для обеспечения определенных задач, например, обеспечения ШПД в удаленных регионах, регионах с низкой плотностью населения. Там, где проводные решения не имеют смысла в силу их дороговизны и длительных сроков окупаемости. Конечно, беспроводные решения могут помочь, особенно с использованием новых технологий, таких, как LTE.  Но там трудно обойтись без государственного участия. Т.к. сложно обеспечить электроэнергию, доступ к инфраструктуре. Всевозможные формы частно-государственного партнерства в решении этих задач - они взаимополезны.  И если будут какие-то инициативы, мы будем рады их рассматривать. Примеры такие уже есть, можно вспомнить трассу Амур (обеспечение сотовой связью дороги от Читы до Хабаровска). Пример сотрудничества государства и операторов связи. 

И.Цуканов. А это не пример того, когда "осчастливили"?

Могло было быть и хуже.

Сегодня много говорилось об абонентах, о том, что все идет от абонента.  Часть услуги - это люди, обеспечивающие предоставление услуг, сотрудники. Но по данным исследований демографическая яма 92-93 годов в районе 2016 года приведет к сокращению на 27-30% инженерно-технического состава трудоспособного населения. Мы уже сейчас наблюдаем дефицит технического персонала, даже в крупных городах с высоким проникновением услуг связи. Отсутствие инженерно-технического персонала.  Насколько вы задумываетесь об этой системной проблеме, которая ожидает отрасль? Готовите ли кадры сами, есть ли кадровый резерв, чтобы гарантировать успех бизнеса в целом за счет кадрового ресурса? 

Андрей Патока, вице-президент по развитию корпоративного бизнеса "Вымпелком"   

Я не думал, что через 3-4 года станет еще хуже. Сегодня, как и все коллеги, мы испытываем дефицит квалифицированных кадров. Это, вероятно, связано с общим состоянием системы образования. Мы с этим боремся. Есть два направления. Во-первых, мы стремимся повышать производительность труда того персонала, который у нас есть. Во-вторых, мы уделяем много времени вопросам создания кадрового резерва. Прежде всего, за счет раннего обнаружения молодых специалистов, которые могли бы быть интересными для нашей компании. Мы активно работаем со специализированными вузами, со студентами, которые учатся на старших курсах, вовлекаем их в работу нашей компании. У нас есть специальная программа "Детский сад" (условное название), в которой задействованы студенты. Мы их потихонечьку отсматриваем, выбираем тех сотрудников, которые могут нам быть интересны. И, конечно, стараемся создавать условия труда, которые бы удерживали у нас квалифицированные кадры. Нас не раз признавали "Лучшим работодателем". Это практически меры.

Но, конечно, это и государственная задача, улучшать условия для образования в стране, чтобы поток кадров не иссякал, особенно в моменты, когда мы будем попадать в "демографические ямы".   

Известна практика некоторых крупных компаний, создающих собственные кафедры при университетах, где силами вузовских специалистов и частично специалистов компании, учат студентов тому, что компании будет требоваться в ближайшей перспективе. Распространяется ли подобная практика на российские телеком-компании?

(Желающих высказаться не нашлось. Вероятно, такой практики нет.)

Светлана Шамзон, вице-президент, руководитель блока "Доступ", ТТК 

Компания ТТК работает сравнительно недавно на розничном рынке и, наверное, решает задачи подготовки новых кадров несколько другим путем. Во-первых, мы выходим в очень большие города с населением не менее 300 тысяч жителей. И, естественно, создаем там рабочие места. Но для того, чтобы работать на этих рабочих местах, естественно необходима программа обучения. Мы создаем внутри свои программы обучения. На первое время привозим в новые города свой персонал. Далее, еще на этапе строительства, выявляются местные кадры, на месте обучаются.

Еще одна программа, которой мы уделяем огромное внимание, это программа подготовки агентов и программа подготовки продавцов. У нас в компании есть программа обучения, которую проводит департамент продаж и абонентского обслуживания. Там работают подготовленные тренеры. Они выезжают в города. Ведут набор и обучение на месте агентов и продавцов. Сами для себя создают квалифицированные кадры. 

И есть еще один важный момент, который связан с тем, что мы идем в небольшие города. В таких городах, в лучшем случае, есть филиалы одного-двух каких-то вузов. Предоставляя услуги ШПД, мы даем возможность дистанционно учиться. На сегодня существует масса программ дистанционного обучения. И с помощью ШПД ими можно воспользоваться. 

Дмитрий Страшнов, президент Tele2 Россия  

Конечно у нас есть программа. У нас, как и у каждого игрока на рынке есть ощущение некоторого кадрового голода. У нас программы, аналогичные программам "Вымпелкома", "МегаФона". Может быть с бОльшим фокусом на регионы. Есть договоренности с вузами, есть программы по переподготовке и повышению квалификации, к участию в которых мы достаточно активно сотрудников привлекаем. Берем не только студентов из крупных Вузов, но и в целом студентов, которые хотят работать в компании, которая быстро развивается, которая является challenger на рынке. И здесь важно не столько знание предмета, не столько само по себе образование, сколько желание учиться и желание работать. Здесь наверное тоже есть некоторый элемент конкуренции между операторами на рынке. Каждый из нас хочет получить наиболее талантливые кадры.    

Необходимо ли более жесткое и активное регулирование рынка сотовой связи в России? Например, в Гонконге, компании, которые получили лицензии 3G, обязали 30% емкости своих сетей предоставлять сторонним компаниям под MVNO? В лицензионных требованиях прописали.  Или, например, следует ли признать крупных операторов сотовой связи в России существенными операторами, со всеми вытекающими последствиями?

Дмитрий Рутенберг, начальник управления контроля транспорта и связи, ФАС 

Лично я не сторонник подобных подходов. Да и ФАС в целом неоднократно отрицательно высказавалась в отношении идеи распространения на сотовых операторов такого термина, как существенный. И в целом наши отношения к этому третьему, еще одному институту регулирования видов деятельности, который появился в России после естественных монополий и доминирующих бизнесов, оно известно. Считаю, что на данном этапе таких законодательных ограничений, столь жестких, как например, применяемые в Евросоюзе,  не требуется. 

Проблема монетизации растущего мобильного трафика передачи данных. Одно из возможных решений - по-разному тарифицировать различные виды контента, разные виды трафика данных. Но встает вопрос уже не о технологической, а о сетевой нейтральности. Поскольку интернет-компании, как глобальные, так и российские тут же начинают возмущаться и говорить, что это не справедливо. Например, если доступ к соцсетям предоставляется бесплатно, а доступ к каким-то другим ресурсам - по повышенному тарифу.  Какое мнение у операторов? Есть ли в мире зарекомендовавший себя опыт тарификации, позволяющий не слишком сильно проигрывать с точки зрения доходов в результате резкого роста трафика данных? 

Андрей Патока, вице-президент по развитию корпоративного бизнеса "Вымпелком"   

Важный вопрос и для нас он, наверное, является краеугольным и будет таким оставаться в ближайшие несколько лет, а может быть и дольше. Перед операторами стоит дилемма - как сделать так, чтобы возросший объем использования услуг оставался доступным для потребителя с точки зрения расходов. И услуги связи для абонентов сейчас меняются. Для нас потребительская стоимость - это не только стоимость услуг передачи голоса. Например, в этом зале, думаю, проникновение смартфонов - 100%. В мире пока нет однозначной практики, которую можно было бы назвать успешной или решающей проблему. Мне представляется, что двигаться нужно по двум направлениям. Первое - это все больше кастомизировать тарифные предложения, которые у нас есть для клиентов, у которых есть желание платить за определенный потребительский контент. Сегодня мы говорим о безлимитных тарифных планах, одинаковых для всех абонентов. Возможно безлимитные планы нужно строить таким образом, чтобы существовали некоторые ограничения по использованию, но разные для разных групп потребителей.  Тогда те, кто будет более заинтересован в тяжелом контенте, в более высоких объемах использования услуг передачи данных могли бы платить несколько дороже, поскольку это отвечает их потребностям. В то время, как для тех категорий пользователей, которым нужно меньший общий услуг услуг, расходы были бы меньше за счет изменения этих цен. 

Второе - это взаимодействие со всеми различными контент-провайдерами, то есть с теми участниками рынка, которые зарабатывают добавленную стоимость на нашей с вами телекоммуникационной инфраструктуре, ничего в нее не вкладывая. Это все, что сегодня принято называть модным словом OTT. ОТТ игроки говорят - мы не вкладывали и не собираемся. Но рано или поздно мы придем к некоему конфликту, когда для того, чтобы зарабатывать еще больше и удовлетворять потребности абонентов в контенте, который они создают, им нужно будет часть добавленной стоимость делить с теми, кто создает возможности доступа к этому контенту. И примеры такого взаимодействия уже сегодня есть со многими контент-провайдерами, крупными, глобальными компаниями, которые понимают эту ответственность.  Этой дискуссии уже, как минимум, лет пять - что важнее, вагоны или то, что в них едет. И кто за это должен платить. Факт остается фактом - бесплатного ничего нет. Если мы не будем инвестировать в развитие инфраструктуры, то и контент-бизнес не будет развиваться. Думаю, что в процессе проб и ошибок, шагов навстречу, мы все же найдем модель, которая будет работать. В интересах всех сделать так, чтобы новые технологии стали частью жизни потребителей. 

* *

Список всех конспектов по итогам встречи "Телеком 2012" -- Список существенных встреч рынка инфокома