В августе сотрудники МВД в ходе двух операций задержали 200 000 контрабандных мобильных телефонов. Кроме того, по данным Mobile Research Group (MRG), в ходе обысков на складах у дилеров было изъято еще 300 000–320 000 телефонов. По данным Федеральной таможенной службы (ФТС), в 2004 г. в страну было официально ввезено 2,6 млн мобильных телефонов. В то же время, по оценке MRG, в прошлом году в России было продано 25 млн трубок.

Августовские операции МВД привели к кризису на рынке сотовых телефонов и росту цен на трубки на 15-30%. Сами конфискованные телефоны особой роли в кризисе не сыграли: 500 000 шт. составляют меньше недельного объема продаж трубок в стране. Но импортеры напугались и частично перекрыли каналы контрабандного ввоза телефонов. А так как 90% трубок попадает в Россию именно нелегальными путями, то на рынке возник дефицит телефонов.

Компании решают эту проблему по-разному. Одни выживают за счет своих складских запасов и покупки телефонов на внутреннем рынке у других дилеров. Другие, например Dixis, начали ввозить телефоны самостоятельно, по-белому. В скором времени начнут самостоятельный импорт телефонов “Евросеть” и “Беталинк”. Но работать дилерам по-честному мешали устаревшие таможенные правила. “Они не отвечали реалиям современного рынка”, — считает руководитель службы по связям с общественностью Dixis Татьяна Москалева. Согласно письму “О контроле таможенной стоимости” от 16 февраля 2004 г. ввозимые телефоны в зависимости от технических возможностей и внешнего вида делились на три класса. Декларационная стоимость эконом-телефона должна была быть не менее $20-50, бизнес-телефона — $50-150, элитного телефона — $150 и выше. “Такая условная классификация создавала возможности для завоза товара по заниженной стоимости”, — объясняет Москалева. В итоге, говорит Москалева, любая компания, работающая по этим правилам, могла получить претензии со стороны контролирующих органов.

В пятницу был выпущен новый вариант письма “О контроле таможенной стоимости”. “Прошлое письмо содержало недостаточно полную информацию о стоимости телефонов”, — говорит начальник отдела контроля таможенной стоимости ФТС Ирина Сухарева. По ее словам, в новом письме приводится ориентировочная стоимость телефонов в зависимости от марки телефона и его конкретной модели. Как подтвердили “Ведомостям” дилеры, стоимость телефонов в письме практически полностью совпадают с их закупочной стоимостью.

Таким образом, ранее импортер, ввозя, например, Motorola RAZR V3, мог указать в декларации стоимость в $150, хотя ее закупочная цена составляет $325, а розничная — $500. Импортер платил в виде пошлин $34. Сейчас платеж составит $73 (с НДС). Nokia 8800 при закупочной цене $750 (розничная — $2200-2500) также можно было задекларировать как телефон за $150 и заплатить таможне те же $34. Сейчас пошлина составит $172 (с НДС).

“Введение новых правил должно способствовать более активному переходу компаний-импортеров на работу по белым схемам”, — считает Москалева. В “Евросети”, которая планирует начать ввозить телефоны через месяц, говорят, что готовы играть по новым правилам. “Главное, чтобы они [правила] были одинаковы для всех”, — замечает президент “Евросети” Элдар Разроев. “Мы будем только рады, если наступит ясность для дилеров относительно того, какие эффективные процедуры по ввозу телефонов необходимы”, — говорит директор подразделения мобильных и беспроводных телефонов департамента Мобильные сети связи и передачи информации Siemens Сергей Яковлев. А вот директор по маркетингу “Беталинка” Антон Володькин считает, что новый документ ФТС не совсем корректен: “Цены на телефоны быстро устаревают, поэтому если ФТС хочет, чтобы ее письмо соответствовало реальности, таблицу надо будет пересматривать чуть ли не раз в месяц”.

Аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин считает, что новые правила приведут к активизации нелегального ввоза. С ним согласен и представитель одного из дилеров. “И в этой схеме можно найти лазейки, например ввозить дорогие телефоны в коробках от дешевых”, — считает собеседник “Ведомостей”. Такая лазейка уже ликвидирована на рынке копиров, где подавляющее большинство импортеров занижали таможенную стоимость ввозимого товара. Данные ФТС и аналитической компании IDC по количеству ввезенных в 2004 г. копиров практически совпадали. А оценка их стоимости различалась в восемь раз: у ФТС — $36 млн, а у IDC — $300 млн. Эта ситуация категорически не устраивала одного из крупнейших поставщиков копиров — компанию МВ, декларировавшую технику по ее реальной стоимости. И МВ пролоббировала повышение минимальной таможенной стоимости импортируемых копиров в три раза.

© Юлия Белоус, Роман Дорохов, "Ведомости"