В конце ноября в гостинице «Сибирь» в Новосибирске оператор связи «Сибирьтелеком» (входит в холдинг «Связьинвест») и производитель оборудования Alcatel праздновали десятилетие сотрудничества. Мероприятие размеренно шло по сценарию, только два генеральных директора, Анатолий Никулин и Йохан Вандерплаетсе, время от времени уединялись, прихватив с собой тоненькие папочки. Шумный праздник был фоном для продолжающейся борьбы за условия поставки оборудования Alcatel для Новосибирской городской телефонной сети (НГТС).

В перерыве между концертными номерами директора произносили теплые слова друг о друге и о надежных командах, а затем вновь уходили на очередной раунд переговоров. В зале кроме сотрудников компаний присутствовали «группы поддержки». Со стороны Alcatel – посол Бельгии в России Андре Мернье, глава экономической миссии Франции в России Поль Энсенжер, генеральный консул ФРГ в Новосибирске Михаэль Грау. Со стороны сибиряков – первый заместитель полномочного представителя президента в Сибирском федеральном округе Игорь Простяков, заместитель главы администрации Новосибирской области Николай Титенко.

Сумма договора, естественно, не разглашалась, но, по мнению экспертов, речь шла о контракте в несколько десятков миллионов долларов.

Новый прииск

«Сибирьтелеком» – одна из крупнейших компаний Сибири, доход которой в 2003 году составит около $500 млн. В этом году она направит на капитальные затраты $165 млн. Другие межрегиональные компании (МРК) вложат сравнимые по объему суммы. «Центртелеком» на капвложения направил $160 млн. «Уралсвязьинформ» объявил, что в развитие связи он вложил около $247млн. А «Дальсвязь», самый маленький из семи МРК, входящих в «Связьинвест», планирует инвестировать в развитие телекоммуникаций Дальнего Востока около $57 млн.

С точки зрения увеличения номерной емкости и развития новых технологий у российского телекома сейчас открывается «второе дыхание». Первое было сорвано во время кризиса 1998 года.

До дефолта Россия со стороны выглядела Клондайком. Телефон был дефицитом еще в Советском Союзе. А в условиях формирующегося рынка, когда посредническая деятельностью требовала постоянных контактов с сотнями партнеров, спрос на линии связи быстро увеличивался. Заводы Siemens работали в три смены, не справляясь со шквалом заказов из России. Объем только иностранных инвестиций в российский телеком в 1997 году составил $820 млн. После дефолта он рухнул до $90 млн. Задолженность компаний, входящих в «Связьинвест», превышала $1 млрд. С долгами холдинг рассчитывался несколько лет.

Теперь Россия снова выглядит привлекательно. Стенды российских операторов связи на выставке «Женева Телеком 2003» не пустовали. «Посетители, узнав наши финансовые показатели и темпы роста, тут же атаковали нас коммерческими предложениями», – вспоминает директор по маркетингу «Сибирьтелекома» Олег Ширшов.

Нишевые игроки

В тот юбилейный вечер в Новосибирске партнеры так и не продвинулись далее протокола о намерениях. И это несмотря на то, что за плечами у них было уже более 20 совместных проектов. Российские операторы связи научились отстаивать свои интересы.

Alcatel – пример удачного развития западного бизнеса на российском рынке. В отличие от Siemens и Nokia, активно продававших свое оборудование еще в Советском Союзе, у французской компании в начале 1990-х не было опыта работы с российскими предприятиями.

«Первый совместный контракт мы подписали в 1993 году. Гарантией платежеспособности с нашей стороны было письмо мэра Новосибирска, – вспоминает Василий Пашковский, генеральный директор НГТС в те годы, – Alcatel, конечно, шла на риск. Siemens, у которой были похожие условия поставки, требовал гарантийного письма от правительства России».

Подписав контракт, НГТС не смогла сразу найти $750 000 для предоплаты. Российские банки отказывались кредитовать сделку. Выручил земляк – борец Александр Карелин. Под его честное слово Балтийский банк выдал НГТС кредит.

Сегодня на российском рынке инфраструктурного оборудования доминирует немецкая Siemens, французская Alcatel, шведская Ericsson. Привести точные данные о том, какую долю рынка контролирует каждая из них, очень трудно. Мнения экспертов по этому вопросу существенно различаются. По данным исследования компании «Телеком», проведенного по заказу Российского агентства по системам управления (РАСУ), в 2001 году емкость рынка оборудования связи составляла $3,1 млрд. Причем иностранным компаниям на нем принадлежит 70 – 80%. В то время как в США и Западной Европе доля фирм-нерезидентов не превышает 20%, а в Китае – 25% от общего объема производства «телекомовской» аппаратуры. Из российских компаний выжили только те, кто осуществляет поставки в военный сектор.

«Монополька» для своих

По словам министра связи Леонида Реймана, для того чтобы обеспечить 1% роста ВВП в России, необходимо иметь 3% роста в телекоммуникационной индустрии. Опережающие темпы развития могут обеспечиваться за счет либерализации рынка. Наглядный пример – сотовая связь в России, когда операторы, соревнуясь друг с другом, все ниже опускают тарифы на услуги.

Иная ситуация, например в Армении, где существует монополизм компании «Арментел», закрепленный соглашением с правительством. Построенная «Арментелом» сеть рассчитана всего лишь на 200 000 абонентов, и компания не торопится инвестировать в ее расширение. В результате возникшего дефицита SIM-карты, цена которых официально закреплена правительством на уровне $24, доступны лишь на черном рынке за $100 – $150.

Вступающий в силу 1 января 2004 года новый российский закон «О связи» должен создать конкурентную среду в фиксированной связи. Однако в нем достаточное количество дыр, чтобы не позволить «новеньким» заниматься этим бизнесом.

По мнению Анастасии Оситис, генерального директора компании АСВТ (в московском регионе компания продает услуги сетей СДО «Искра» и «РусАлтай»), будущий закон не регламентирует, как будут решаться две ключевые проблемы. Во-первых, на каких условиях новые операторы связи смогут подключаться к каналам, которые достались в наследство от советского времени традиционным операторам. А во-вторых, каким образом между операторами будут осуществляться взаиморасчеты. «Если эти нормы не будут ясно прописаны, то открывается широкое поле для злоупотреблений», – считает Анастасия Оситис.

Известны случаи, когда операторы – владельцы каналов, манипулируя техническими условиями присоединения, не пускают потенциальных конкурентов на рынок. А чиновники выставляют заранее невыполнимые требования к инвестиционной программе или ограничивают лицензию сроком, за который невозможно вернуть инвестиции.

Отсутствие конкуренции на рынке фиксированной связи испытывает на себе каждый москвич. В отличие даже от Подмосковья в столице никому, кроме МГТС, не позволяется подключать жилые дома к телефонной сети общего пользования.

Холдинг «Связьинвест» за 2003 год поднял тарифы на местную связь в среднем на 29%. Но, по словам генерального директора холдинга Валерия Яшина, новые тарифы пока не достигли себестоимости звонков.

Однако при отсутствии конкуренции себестоимость услуги может вообще расти до бесконечности, если, например, стремиться к совершенству и ежемесячно менять оборудование на более современное. Вот и директор «Арментел» Янис Кралис требует повышения цен на мобильную связь, объясняя это необходимостью модернизации сети. При этом он с гордостью подчеркивает: «Ни в одной из республик бывшего СССР нет такого уровня телефонной связи, как сегодня в Армении».

(c) Сергей Филиппов, "Компания"