Национальный антикоррупционный комитет – общественная организация без образования юридического лица – создан 29 сентября 1999 г. , первым его председателем был Сергей Степашин. Сегодня и. о. председателя комитета – Кирилл Кабанов, а его заместители – Михаил Краснов, Георгий Сатаров, Ирина Хакамада. В последнее время запросы НАКа касались приватизации нефтяного комплекса Башкирии, подозрений в коррупции в высшем руководстве Генпрокуратуры и Мосгорсуда, деятельности ФГУП “Почта России”.

НАК считает, что обнаружил масштабную коррупцию. В 500-страничной аналитической записке комитета “Оценка эффекта от набора действий условной группы интересов и влияния в телекоммуникационной отрасли” изложен финансовый анализ деятельности компаний связи, приводящий к выводу, что должностные лица Минсвязи и “Связьинвеста” нанесли государству ущерб в $619 млн. Доклад направлен премьер-министру, в Минэкономразвития, КРУ президента, ФСФМ, Счетную палату, Совет безопасности, ТПП и другие ведомства, говорит и. о. президента НАКа Кирилл Кабанов. В агентстве федерального имущества Минэкономразвития и в ФСФМ “Ведомостям” подтвердили, что доклад НАКа “находится на рассмотрении”. Только после ответа чиновников, говорит Кабанов, могут быть названы и авторы записки.

А пока НАК попытался получить дополнительные сведения у Ernst & Young. “По нашим данным, деятельность некоторых телекоммуникационных компаний — клиентов Ernst & Young может являться предметом антикоррупционных расследований не только в России, но и в других государствах”, — говорится в письме НАКа в аудиторскую компанию. “Эрнст энд Янг Внешаудит” аудирует отчетность “Связьинвеста” и большинства его дочерних компаний, “МегаФона”, “Телекоминвеста”, “РТК-Лизинга” и др. Внимание борцов с коррупцией привлекло заявление датского бизнесмена Джеффри Гальмонда о том, что ему принадлежит фонд IPOC, владеющий 6,5% акций “МегаФона” и -опосредованно — крупным пакетом “Телекоминвеста”. Ведь аналитическая записка позволяет “предполагать аффилированность этих компаний с высокопоставленными отраслевыми чиновниками”. Комитет спрашивает у аудиторов, получил ли Ernst & Young сведения о Гальмонде как владельце дорогостоящих активов и о путях их приобретения. “Мы хотим выяснить, как неизвестный рынку человек стал владельцем многомиллионного состояния?” — говорит Кабанов.

На прошлой неделе аудиторская компания ответила на запрос. “Обязательства перед клиентом по обеспечению конфиденциальности, а также профессиональные правила поведения не позволяют нам обсуждать с третьими лицами конкретные вопросы, имеющие отношение к клиенту”, — говорится в письме главного операционного партнера Ernst & Young Global Пола Остлинга. А в российском офисе Ernst & Young указали, что в задачи аудита не входит определение структуры акционеров и бенефициаров. Но обращаться с вопросами напрямую в “МегаФон”, “РТК-Лизинг” и “Телекоминвест” НАК считает бесполезным: компания может сослаться на закон “О коммерческой тайне”, пояснил Кабанов.

А Джеффри Гальмонд настаивает на том, что он — настоящий владелец фонда IPOC. “Я работаю на российском телекоммуникационном рынке уже 15 лет, — заявил он корреспонденту "Ведомостей". — Датские компании исторически тесно связаны с питерским телекоммуникационным рынком, они формировали первые совместные предприятия”. Гальмонд говорит, что к нему представители НАКа не обращались, и он подозревает, что их действия “срежиссировала” “Альфа-групп”. Ведь фонд IPOC пытается оспорить в суде сделки с блокирующим пакетом акций “МегаФона”, в результате которых пакет достался “Альфе”. Кабанов отрицает такие подозрения и говорит, что комитет не получал от “Альфы” спонсорской помощи. А гендиректор “Альфа-Телекома” Вадим Кучарин утверждает, что даже ничего не слышал о запросах НАКа.

© Александр Борейко, Светлана Витковская, "Ведомости"