По словам Гальмонда, Рейман не был совладельцем компаний, которым принадлежат доли в сотовом операторе, но ему причиталось вознаграждение за помощь в поиске партнеров для “Телекоминвеста”.

Слухи о том, что Рейман имеет финансовые связи с “МегаФоном” и одним из акционеров оператора (31,3%), холдингом “Телекоминвест”, усилились год назад. Тогда IPOC International Growth Fund, миноритарный акционер “МегаФона”, начал судиться в разных странах за 25,1% акций оператора, о своем праве на которые в августе 2003 г. объявила “Альфа-групп”.

Вскоре после начала разбирательства бенефициарным владельцем IPOC, а позднее и люксембургской компании First National Holding (FNH), владеющей около 58% акций “Телекоминвеста”, объявил себя датчанин Джеффри Гальмонд. Но некоторые свидетели поставили это под сомнение. Цюрихскому арбитражному трибуналу были представлены материалы о том, что конечными владельцами долей в “МегаФоне” могут быть чиновники. А британский бизнесмен Энтони Джорджиу, по сообщению агентства Reuters, под присягой на слушаниях в арбитраже Британских Виргинских островов обвинил лично Реймана в том, что тот “достиг личного достатка и влияния в частном секторе экономики, злоупотребляя своим положением в телекоммуникационной отрасли”.

В пятницу Гальмонд постарался развеять слухи вокруг Реймана. Гальмонд говорит, что познакомился с будущим министром в конце 1980-х, когда тот работал в “Ленинградской городской телефонной сети”. “Мы дружили, — вспоминает Гальмонд. — Тогда в России было мало людей, свободно говоривших по-английски и быстро вникающих в суть дел”. По словам Гальмонда, в начале 90-х Рейман оказал ему помощь в поиске партнеров для финансирования ряда компаний, и в том числе холдинга “Телекоминвест”. “Я хотел отблагодарить Реймана за эту помощь”, — говорит Гальмонд.

Способ сделать это появился в 1997 г., рассказал Гальмонд “Ведомостям”. Тогда он договорился уступить контрольный пакет FNH компании PLD Telecom в обмен на $150 млн инвестиций в бизнес “Телекоминвеста”. Оставшиеся акции FNH также было решено продать, и часть денег от сделки Гальмонд решил передать Рейману. “Для этого я учредил траст Fiduciare Commerce Trust (FCT) и назначил Леонида Реймана его выгодоприобретателем”, — объясняет Гальмонд. Но кризис 1998 г. помешал завершить сделку с PLD Telecom.

“Мои отношения с указанным трастом ограничивались консультациями по подготовке конкретной сделки в 1997 г., — передал "Ведомостям" сам Рейман. — Сделка не состоялась. С осени 1998 г. я не имею информации о деятельности этого траста. Могу только сказать, что к моменту завершения работы по сделке данный траст фактически прекратил свое существование”. Министром связи Рейман стал в 1999 г.

Но, как утверждает Гальмонд, бумага о создании FCT существует до сих пор, хотя “с 2003 г. траст находится в "спящем" состоянии — в нем нет ни средств, ни активов, это коробка без содержимого”. И формально министр остается выгодоприобретателем траста.

Эксперты указывают, что отсутствие в трасте активов еще не означает, что так будет всегда. “Все зависит от документов траста”, — поясняет управляющий партнер юридической компании “Добронравов и партнеры” Юрий Добронравов. Если они не менялись и с акциями FNH состоится какая-либо сделка, то траст должен будет получить деньги, говорит он. Аналитик Brunswick UBS Владимир Постоловский оценивает стоимость FNH в $650-750 млн, а его коллега из Объединенной финансовой группы Алексей Яковицкий — минимум в $1 млрд. Впрочем, Гальмонд заверил “Ведомости”, что такая сделка сейчас “невозможна”. А Рейман заявил “Ведомостям”: “Что касается спекуляций о моих якобы существующих личных интересах в телекоммуникациях, то повторю: активов и личных интересов не имею”.

Но объяснения Гальмонда не обеспечили министру безупречного алиби, считают аналитики. “Даже если Рейман больше не является выгодоприобретателем FCT, это не значит, что он не может быть бенефициаром какой-то другой структуры”, — заключает Яковицкий.

© Игорь Цуканов, "Ведомости"

Смотрите также уникальный фотосправочник - "Кто is who", формируемый на страницах MForum.ru