В 1876 году Грэхем Белл изобрел "телеграфный аппарат для передачи голоса" - первый телефон. Через два года швед Ларс Магнус Эрикссон начинает производство заокеанской новинки в Европе.

1878 год. Первый телефон компании Ericsson - "Trumpet phone" ("Тромбон").

С 1881 года аппараты Ericsson начали поступать и в Россию. Более того, в 1901 году, когда у Ericsson не все гладко было на рынке Швеции, компания чуть не перевела свою штаб-квартиру в С.Петербург, где на рубеже века было открыто крупнейшее производство Ericsson (после национализации в 1917 году - завод "Красная Заря"). Для того, чтобы утвердить решение о "переезде" в 1901 году не хватило лишь некольких голосов акционеров компании. 

Как все начиналось?

До 1887 года коммутаторов, т.е. устройств для временного соединения между собой телефонных линий, не существовало. Телефоны покупали парами, прокладывая соединительную линию между точками, которые хотелось "телефонизировать".

Первый телефонный коммутатор был развернут предприятием Грехэма Белла в США, в Нью-Хейвене в 1887 году. В передовой России решение о строительстве коммутатора было принято в 1880 году, а уже в 1882 году первая телефонная станция (коммутатор), построенная предприятием Белла, вступила в строй. Располагалась она на чердаке жилого дома.

В 1901 году истек срок действия концессии международной телефонной компании Белла на строительство и эксплуатацию системы городских телефонных сообщений России. Власти всерьез задумываются о выборе нового концессионера. Еще бы: абонентская плата была непомерно высокой – 250 рублей в год (!), целое состояние по тем временам. Для сравнения: в фешенебельном магазине «Меха» енотовую шубу можно было купить за 65 рублей. Да и качество связи, а также скорость и точность соединений были достаточно низки.

Кабинет Министров назначает торги. Московская, Петербургская, Варшавская, Одесская и Рижская телефонные сети должны перейти к новому владельцу. Согласно главному условию торгов право на эксплуатацию сети должен был получить соискатель, предложившие наименьшую абонентскую плату за пользование телефоном. Сенсация - рекордно низкую абонентскую плату в размере 79 рублей/год заявило Шведско-Датско-Русское телефонное акционерное общество.

Шведское начало

Московской телефонной сети определенно повезло с новыми владельцами, хотя доля случайности здесь не столь велика: курс России на индустриализацию, проводимый знаменитым министром финансов Витте, формировал у представителей иностранного капитала здоровый интерес к российскому рынку. Его перспективность весьма высоко оценивалась западными предпринимателями, в том числе и Ларсом Магнусом Эрикссоном, одним из лучших производителей телефонного оборудования как в Швеции, так и в России.

Эрикссоновская компания поставляла оборудование и вела монтаж телефонных станций в Киеве (1893), Харькове (1896), Ростове (1897), Риге, Казани и Тифлисе (1900). В Петербурге, в собственном здании на Сампсониевском проспекте, находилась телефонная фабрика Эрикссона – филиал, своими размерами превосходивший первичное предприятие в шведской столице. Стокгольм в то время являлся самой телефонизированной европейской столицей, немалую роль в чем сыграл г-н Эрикссон, построивший телефонную станцию в шведской столице.

К делу, господа!

Итак, Шведско-Датско-Русское телефонное акционерное общество, под руководством Хенрика Торстена Седергрена, становится новым владельцем Московской телефонной сети. Оценив растущую потребность москвичей в телефонной связи, компания приступила к строительству Центральной городской станции, с гигантской, по тем временам, суммарной емкостью - 60 000 абонентов. Специально этого был выкуплен участок земли в Милютинском переулке и для постройки здания был приглашен популярный в то время шведский архитектор Адольф Эрикссон.

Центральная телефонная станция в Москве, Милютинский пер.5, крупнейшая в Европе в 1904 году.

Проектирование уникальной суперстанции в Милютинском переулке было сложнейшей технической задачей. Для ее решения был приглашен Ларс Магнус Эрикссон, уже имевший опыт монтажа аналогичной станции в Стокгольме. Все детали проекта разрабатывались и выверялись в Швеции специалистами его компании. Отдельные узлы и фрагменты оборудования изготавливались на стокгольмском заводе фирмы. Окончательная сборка происходила в Москве и частично – на Эрикссоновской фабрике в Петербурге.

Для монтажа оборудования из Стокгольма выписали шведских мастеров и высококвалифицированных рабочих. Новая Центральная станция стала объектом пристального внимания москвичей задолго до ее ввода в эксплуатацию. Люди часто приходили в Милютинский переулок, чтобы посмотреть, как идет строительство. Высотка с башней впечатляла своими размерами и красотой, до этого коммутатор был размещен на чердаке дома на Кузнецком мосту. Удивляла горожан также и прокладка специального телефонного кабеля, располагавшегося глубоко под землей, для чего нанятые Эрикссоном рабочие рыли по всему городу траншеи. Раньше ничего подобного не происходило, ведь до этого сигнал передавался по телеграфным проводам, что значительно снижало качество связи.

Сооружение станции обошлось акционерному обществу в "круглую сумму" - 34 млн рублей.

Торжественное открытие

Октябрь 1904 года - официальное торжественное открытие центральной телефонной станции в Москве. Священник перед молебном сказал прекрасное слово о значении телефона и вообще всяких научных усовершенствований для человеческой жизни. Присутствующим были предложены тут же, где непрерывно работали телефонистки, фрукты, печенье и шампанское (предполагаемый расход на обеды в сумме 5 тысяч рублей Шведско-Датско-Русское телефонное акционерное общество пожертвовало на нужды раненых на Дальнем Востоке воинов, в то время шла Русско-Японская война). Скромность угощения стала отличным контрастом для демонстрации сногсшибательного «чуда техники».

В огромном зале размещались коммутаторы 2 видов: 28 распределительных и 112 соединительных. Применение 2 типов коммутаторов позволило увеличить скорость обслуживания абонентов и снизить количество ошибок при соединениях. Уже на первых порах, за счет перехода на двухступенчатую схему соединения, удалось добиться скорости обслуживания до 170 абонентов в час.

Со старой станции на новую были переведены около 3.000 абонентов, к ним в течение года присоединилось еще около 7.000 москвичей, привлеченных сниженными тарифами. В те времена годовая абонентская плата составляла 62.30 рублей, время разговоров не учитывалось. Коллективный телефон стоил дороже - 79 рублей в год. Такие телефоны для бесплатного использования клиентами тогда было принято ставить, например, в аптеках и бакалейных магазинах - для привлечения посетителей. Это, по сути, был прообраз таксофона, которые начали распространяться с 1903 года. Звонок по таксофону несколько первых лет стоил 10 копеек.

Так выглядили рабочие места на московской телефонной станции образца 1904 года. Слева на фото - Валентина Ивановна Голдаевская, хранительница музея МГТС

Гнезда на коммутационном поле коммутатора маленькие. Чтобы дотянуться до верхних линий приходилось вскакивать со стула.

Одна из первых телефонных "гарнитур"

"Телефонная гарнитура", которая в те времена весила более килограмма оказывалась для девушек настоящими веригами.

Работа телефонной "барышней" была не из легких.

Также от телефонисток "барышень" требовалась прекрасная дикция и умение не охрипнуть. Приходилось каждые три часа отпускать барышень немного отдохнуть. Впрочем, оплачивалась работа достаточно высоко - телефонистки получали 26 рублей в месяц в течение первого года работы и 32 рубля/мес, начиная со второго года (можно еще раз вспомнить про енотовую шубу за 65 рублей).

В начале 20 века уже публиковались каталоги телефонных новинок и абонент мог выбрать, скажем, модель с каким числом магнитов в индукторе, он желает приобрести. Цены на аппараты были "недетские".

Первоначально станция была развернута с емкостью 12 тысяч линий, по тем временам рекордной для Европы. Благодаря благосклонному отношению российского правительства, которое установило налог для Телефонного Общества в размере 3% от прибыли, предприятие развивалось динамично. За первые десять лет эксплуатации ее емкость выросла до проектных 60 тысяч линий.

К сожалению, в 1917 году почти все оборудование станции в ходе ее осады было повреждено или уничтожено. Национализации подверглось шведское предприятие в С.Петербурге, получившее название "Красная Заря". Компании Ericsson был нанесен серьезный финансовый удар. Должны были пройти годы, чтобы сотрудничество возобновилось. И, как мы знаем, это произошло. Сотрудничество было восстановлено и успешно развивается вот уже несколько десятилетий.

На сегодняшний день, если говорить о том оборудовании, которое обеспечивает фиксированную связь для москвичей - это более 4 млн линий, около трети из цифровых линий сети МГТС сегодня реализованы на основе оборудования "Эрикссон".

В целом Россия входит в Топ-10 крупнейших по обороту рынков для компании Ericsson, обеспечивая до 3% оборота компании.

© Алексей Бойко, "Мобильный форум" с использованием пресс-материалов компании Ericsson и соб.инф.

Смотрите также фоторепортаж из музея "Эрикссон" в Кисте (Швеция)