Звонок в другой город или за рубеж скоро будет столь же непростым, как поход в супермаркет, — придется делать выбор. После привычной “8” любителям поговорить по телефону надо будет набрать код оператора дальней связи — компании, которая в острой конкурентной борьбе обеспечит им лучшие тариф и качество. Впрочем, пока конкуренция откладывается — чиновники не успели подготовить необходимые документы к 1 июля и перенесли сроки демонополизации рынка, подарив еще несколько месяцев жизни нынешней монополии — ОАО “Ростелеком”. О перспективах независимых операторов, снижении тарифов и сотрудничестве с Китаем “Ведомостям” рассказывает генеральный директор “Ростелекома” Дмитрий Ерохин.

— Правительство перенесло дату демонополизации рынка дальней связи с 1 июля 2005 г. на 1 января 2006 г. С чем это связано и как вы относитесь к этой задержке?

— Дело в том, что пока не вышел полный пакет документов, регламентирующих условия оказания услуг на рынке дальней связи и условия взаимодействия операторов, поэтому переход [к конкурентному рынку] технически невозможен. У нас в результате отсрочки появилось лишнее время, которое мы эффективно используем для лучшей подготовки к вступлению в силу новых правил. В частности, уже почти полгода мы ведем работу по перезаключению договоров с другими операторами.

— Так какая же жизнь будет у “Ростелекома” после демонополизации?

— Многие пророчат нашей компании мрачные перспективы, но я с этим не согласен. Все говорят, что “Ростелеком” — монополист. Но это уже давно не так! По оценкам, последние 2-3 года порядка 30% трафика [дальней связи] идет мимо сети “Ростелекома”. “Де-факто” у нас уже существуют конкуренты. Просто с принятием всех подзаконных актов к закону “О связи”, которые дают этим компаниям возможность получить лицензию на дальнюю связь, они из серых станут легальными. Конкурентная среда была, но она носила скрытый характер. Сейчас мы перестаем быть псевдомонополистами и получаем возможность работать с конечными пользователями.

— У вас ведь будет преимущество перед независимыми операторами благодаря тому, что вам не надо арендовать каналы связи?

— Действительно, у оператора, владеющего собственной сетью с мощной инфраструктурой и колоссальным покрытием, будут существенные преимущества перед остальными. Практически все новые операторы дальней связи не имеют своей сети и будут вынуждены арендовать каналы. Хотя они не будут работать в затратных регионах, там, где мы предоставляем услуги. И их тарифы в отличие от наших не будут регулироваться государством.

— Если сейчас ваша доля на рынке дальней связи составляет 70%, то не уменьшится ли она с появлением конкурентов?

— А почему она должна измениться? Мы намерены сохранить и усилить наши позиции на рынке по ряду направлений. “Ростелеком” не первый год работает в конкурентных рыночных условиях. Мобильная связь, IP-телефония уже создали конкуренцию на рынке. При этом наша компания не только не снижает темпы развития, но и наращивает их. Это наглядно доказывают наши финансовые показатели. В 2004 г. наша выручка выросла на 25% — до 37,5 млрд руб. Мне кажется, что в связи с общим ростом трафика на рынке борьба между конкурентами будет главным образом за его прирост.

— Сильно понизятся тарифы на дальнюю связь после демонополизации?

— Спрогнозировать, как быстро упадут тарифы и насколько, очень трудно. К тому же снижение цен зависит не только от появления конкурентов. Появляются новые технологии, поэтому себестоимость оказания услуги дальней связи падает.

Я очень надеюсь, что демонополизация поможет изменить тарифную политику на рынке дальней связи. Сегодня большинство наших тарифов жестко регулируется государством, из-за этого мы не можем адекватно реагировать на требования рынка. Например, появляются в Москве операторы, которые предлагают звонки по более дешевым ценам, чем мы. Мы бы хотели снизить этот тариф, но не можем сделать это оперативно. Вначале мы должны пойти в Федеральную службу по тарифам (ФСТ), принести необходимые обоснования и расчеты. На все это уходит несколько месяцев, иногда до полугода. Но это же противоречит здравому смыслу, ведь речь идет не о повышении тарифов, а о снижении! Поэтому я считаю, что демонополизация рынка должна привести к нормальной, здоровой конкуренции. А наши тарифы должны перестать регулироваться государством.

— Видимо, государство просто опасается, что если ваши тарифы не будут контролироваться сверху, то вы начнете демпинговать?

— Но ведь если госрегулирование останется, то будут демпинговать маленькие компании! При этом они же будут ведь работать не на всем рынке, а только на наиболее лакомых кусочках. Сейчас все пытаются представить “Ростелеком” неким неповоротливым слоном. А этот “слон” обязан обеспечивать дальней связью всю территорию России! Хотя доходы от предоставления услуг связи в Сибирском и Дальневосточном регионах в большинстве случаев едва покрывают наши затраты.

— С появлением конкурентов вам больше не надо будет согласовывать тарифы с государством?

— К сожалению, это будет не совсем так. Сейчас появилось такое определение -“существенный оператор”, т. е. тот, кто обладает более 25% рынка. Несущественный оператор может тарифы на свои услуги устанавливать самостоятельно, а существенный должен их согласовывать с ФСТ. Таким образом, мы будем еще какое-то время находиться под регулированием, хотя я это считаю несправедливым. Если рынок демонополизирован, то все его участники должны получить равные условия работы.

— То есть вы предлагаете убрать из закона понятие “существенный оператор”?

— Если регулирование зависит от того, что оператор называется существенным, значит, надо убрать понятие “существенный”. Если необходимо сделать что-то иное, чтобы создать равные условия для конкуренции на рынке дальней связи, значит, это и нужно сделать.

— Какой-нибудь из ваших конкурентов будет существенным оператором?

— По действующим документам они подпадут под это понятие, только если будут занимать более 25% объема рынка. Я бы на их месте не стремился преодолевать этот барьер.

— Кто станет вашим самым серьезным конкурентом?

— “ТрансТелеКом”. У него тоже есть своя сеть, и в большинстве регионов ему не надо брать каналы в аренду.

— А как вы будете привлекать потребителей?

— Ценой, качеством и новыми услугами. Раньше широко рекламировать наши услуги было нецелесообразно. Сейчас мы, безусловно, будем активно бороться за наших пользователей. Мы заинтересованы в том, чтобы они знали нашу компанию, ее возможности и тарифы. В июле будет сдана в эксплуатацию новая интеллектуальная платформа, которая даст возможность предлагать целый ряд новых услуг.

— Какие, например?

— Их будет несколько десятков, какие услуги станут более популярными — покажет время. Сейчас наиболее актуальными являются телеголосование и бесплатный вызов 8-800. В прошлом году доходы от интеллектуальных услуг у нас выросли в три раза — до 142 млн руб. Это немного по сравнению с общим доходом, но доказывает перспективность подобных услуг. Развитие новых услуг сдерживает отсутствие эффективного биллинга. К тому же если раньше расчетами с конечным потребителем занимались межрегиональные компании, то после демонополизации мы должны будем сами рассчитывать своих абонентов. Сейчас у нас идет внедрение биллинговой системы компании Amdocs. В начале 2007 г. она начнет работать во всех филиалах компании.

— Ожидается, что в этом году или начале следующего состоится приватизация “Связьинвеста”. Произойдут ли какие-то изменения в компании, в случае если появится новый собственник?

— По поводу приватизации могу сказать лишь одно: этот вопрос находится в компетенции государственных органов. Основная задача руководства “Ростелекома” — максимально эффективно использовать ресурсы компании и обеспечивать наибольшую прибыль ее акционерам. И при любых условиях руководство компании будет решать именно эту задачу.

— Вы используете IP-телефонию?

— IP-технологии эффективны там, где оператор испытывает недостаток в сетевых ресурсах. Имея достаточное количество свободных каналов, зачем нам эти каналы еще как-то уплотнять? Мы только потеряем в качестве. Правда, возможно, на сильно загруженных направлениях мы будем предоставлять абонентам в качестве альтернативы IP-телефонию. Я думаю, в Москве, где много приезжих, которые экономят деньги, но при этом хотят поддерживать связь с домом, мы вполне можем предоставлять услуги IP-телефонии.

— Вы были одним из претендентов на покупку “Кыргызтелекома”. Сохраняется у вас интерес к покупкам компаний в странах СНГ?

— Нас по-прежнему интересуют телекоммуникационные компании, предоставляющие услуги как в России, так и в странах ближнего зарубежья. Больший интерес вызывают операторы именно тех стран, с которыми мы активно взаимодействуем по пропуску значительного объема трафика. Судите сами: сегодня в странах СНГ работают операторы-монополисты, устанавливающие высокие тарифы, поэтому мы вынуждены платить им серьезные деньги. Это нам невыгодно.

— Как у вас обстоят дела с транзитом трафика Европа — Азия?

— Несмотря на жесточайшую конкуренцию, сегодня можно с уверенностью сказать, что “Ростелеком” успешно вышел на этот рынок. Технически выход стал возможен благодаря модернизации магистральной сети от западных границ до восточных — сейчас она полностью построена на технологии DWDM и имеет проектную емкость до 400 Гбит/с. Но мы не останавливаемся на достигнутом: расширяем пропускную способность магистралей в азиатском и европейском направлениях. Мы договорились с China Telecom о строительстве пограничного перехода в Китай через Благовещенск также с использованием технологии DWDM. В 2005 г. инвестиции в развитие нашей компании составят 7,3 млрд руб. по сравнению с 4,5 млрд руб. в прошлом году.

О КОМПАНИИ

ОАО “Ростелеком” — российский национальный оператор междугородной и международной электросвязи. Крупнейший акционер — “Связьинвест” (51% обыкновенных акций), в свободном обращении — 49% обыкновенных акций и 100% привилегированных. В июне 2005 г. с капитализацией $1,9 млрд “Ростелеком” занял 34-е место в рейтинге “100 крупнейших компаний Восточной Европы”, составленном FT. Консолидированная выручка по МСФО в 2004 г. составила 37,3 млрд руб. (в 2003 г. — 31,3 млрд руб.), чистая прибыль — 4,3 млрд руб. (0,4 млрд руб.).

БИОГРАФИЯ

Дмитрий Евгеньевич Ерохин родился в 1950 г. в Махачкале. В 1977 г. c отличием окончил Дагестанский политехнический институт по специальности “инженер-конструктор радиоаппаратуры”. По окончании института работал инженером территориального центра управления Минсвязи в Махачкале. В 1997 г. возглавил филиал ОАО “Ростелеком” в Ростове-на-Дону. С октября 2001 г. — первый заместитель генерального директора компании, а 3 ноября 2003 г. назначен ее гендиректором.

© Юлия Белоус, "Ведомости"